Рассказы о тульских губернаторах. Севрюгин и стиральная машинка

История первого тульского губернатора в постсоветский период Николая Севрюгина завершилась судебным процессом.

Фактическая сторона дела бывшего губернатора на первый взгляд весьма проста. По данным ФСБ, Севрюгин при посредничестве сына Андрея получил $180 тыс. ($30 тыс. был гонорар сына за услуги) от представителя столичного Рострабанка Валерия Федорченко. За эти деньги Севрюгин включил банк в программу взаимозачетов между тульскими и федеральными властями, а также предприятиями-недоимщиками.

Такие схемы расчетов и списания долгов в то время, когда зарплаты давали продукцией предприятия и продуктовыми наборами, были очень популярны и даже помогли спасти немало предприятий от разорения. Те, кто не застал эти времена, может посмотреть, например, фильм с Михаилом Евдокимовым «Не послать ли нам гонца?», где на пути главного героя у обочины дороги стоят люди с глушителями, которые им выдали вместо зарплаты. Они рады продать продукцию свою предприятия хоть за сколько.

В апреле 1997 года, через несколько недель после победы на губернаторских выборах Василия Стародубцева, в отношении Николая Севрюгина начали расследование. 4 июня он был задержан и обвинен в получении двух взяток. Двумя днями ранее был задержан его сын Андрей, которого следствие называло посредником.

Севрюгин не признал вину и называл дело сфабрикованным.

Предварительное следствие, а затем и судебный процесс длились в общей сложности пять лет. В августе 1998 года дело, наконец, дошло до суда, но было возвращено в Тульскую облпрокуратуру для дополнительного расследования. К тому моменту Севрюгин уже пережил тяжелый инсульт. Следствие дополнили новым обвинением в хищении госимущества на $30 тысяч для обустройства собственного загородного дома.

Летом 1999 года начался новый судебный процесс. Специалисты, проводившие судебно-медицинскую экспертизу по ходатайству адвокатов Севрюгина и прокуратуры, пришли к выводу, что подсудимый не может участвовать в судебном следствии. В октябре 1999 года Севрюгин был освобожден из-под ареста под подписку о невыезде по состоянию здоровья.

В феврале 2000 года судебное разбирательство было приостановлено до улучшения состояния здоровья, а затем Севрюгин попал под амнистию. Окончательного решения по его делу суд так и не вынес.

После освобождения он изредка выходил в свет – появлялся на футболе, звонил своим бывшим сослуживцам. Кто-то рассказывал, что бывший уже губернатор просил прощенья за то, что подставил, то есть оставил на какое-то время без работы.

Про Севрюгина говорили, что он был убежденным демократом и даже демократом-идеалистом, которого всерьез волновали проблемы местного самоуправления. Он никогда не стремился к абсолютной власти, при этом хотел всегда быть в курсе всех событий. Но властью делиться не боялся. Никогда не забывал тех, с кем работал вместе: в «Саженце» ли, в других ли хозяйствах. Несмотря на тяжелое обвинение, многие из тех, кто знал бывшего губернатора, отзывались о нем с теплотой. Говорили также, что он очень внимательно относился ко всем в процессе личного общения.

Также замечали, что Севрюгин носил крупное кольцо-печатку светлого металла. Это была никакая не платина, не белое золото. Когда-то в районе он заглянул на рынок, а там к нему подошла женщина и подарила это кольцо – простенькое, алюминиевое. И он его носил, почти постоянно.

Процесс над первым тульским губернатором завершился довольно любопытным слушанием по возврату денег, конфискованных в ходе следствия.

Когда следствие только начиналось, супруга младшего Севрюгина спрятала 105 тысяч долларов в стиральной машине. Она запаковала деньги в полиэтиленовый пакет, положила его в стиральную машину и залила водой. Потом решили деньги каким-то образом изъять. Сами Севрюгины не решились, зная, что за ними следят, потому попросили некоего друга семьи. Тот, получив ключи от квартиры, пакетик достал, а потом добровольно передал его следствию.

После амнистии Николая Севрюгина семья решила вернуть деньги, мотивируя тем, что конфискованные 105 тысяч долларов – это личные накопления семьи Андрея Севрюгина, заработанные им собственным бизнесом и к делу отношения не имеющие. С таким заявлением супруга Севрюгина-младшего и обратилась в суд Советского района. Суд вынес решение в пользу невестки экс-губернатора, разделив сумму и разрешив возвратить ей 52 тысячи долларов. Мол, нажито обоими супругами, а поскольку обвинение с Андрея не было снято (он также проходил по делу амнистированного Севрюгина-старшего), то нажитое совместно имущество делится поровну.

Позже областной суд принял решение возвратить и вторую половину этих денег. Областная прокуратура пыталась доказать, что 105 тысяч долларов, найденные на квартире Севрюгина-младшего, заработаны нечестным путем, но не смогла найти убедительных доводов в поддержку этой версии.

Любопытно другое: если бы с заявлением о возврате денег обратился все тот же друг семьи, а он вполне мог это сказать, что это его деньги и потребовать их назад, то положительное решение вопроса возврата денег из стиральной машины можно было бы ожидать значительно раньше.