Какой Легасов правильный? Мы ленивы и не любопытны.
Тула вдруг здорово прославилась. В пансионате «Шахтер» Алексинского района к форуму «Инженеры будущего» сделали участок, который назвали в честь знаменитого земляка – академика Валерия Легасова. Вот только на памятной табличке, извещающей об этом, напечатали портрет американского актера Джареда Харриса из сериала «Чернобыль».
Безобразие, конечно. Но давайте слегка отстранимся от этой истории, и зададимся вопросом: а кто вообще такой для Тулы этот самый академик? Ну так, по большому счету.
Долгое время он даже не входил в пантеон тульских святых. Его именем не была названа улица, а фамилия ничего не говорила подавляющему большинству горожан. Ну Легасов и Легасов, мало ли в России академиков. Между прочим, в свое время Туле предлагали готовый памятник Валерию Алексеевичу, только место найти. Но у нас отказались – уже памятная доска есть, куда еще. В результате памятник установили в Москве, у школы, где Легасов учился.
В 1996 году в издательстве «Пересвет» вышел двухтомник «Тульского биографического словаря». Легасову в нем посвящена небольшая статья. Но ссылка на литературу только одна – на очерк Владимира Губарева в газете «Правда» 1988 года. Это надо понимать так, что, по крайней мере до 1996 года, в Туле о Легасове не писали. Да и после – тоже нечасто.
Стоит ли после этого удивляться, что мы об академике Легасове знаем только по образу, созданному американским актером? Ну и чей портрет вешать, если настоящего Легасова на фото мало кто видел, а киношного – очень многие.
Собственно, это же давняя история. Для многих поколений советских людей хитрый ленинский прищур ассоциировался исключительно с прищуром в исполнении артистов Штрауха или Каюрова. Образ правильного Сталина формировал артист Геловани. И точно никто не поверит, что шеф гестапо Мюллер может быть не похож на нашего артиста Леонида Броневого.
Мы давно привыкли мыслить не реальными, а кинообразами. Тем более, что других образов нам особо не создают.
Проведите сами для себя простенький тест.
Если Тула – город-герой, то назовите героев обороны Тулы. И с удивлением убедитесь, что после пяти фамилий вы начнете задумываться.
Теперь назовете больше десяти фамилий Героев Советского Союза. Не получается? А их у нас около трехсот.
Какие знаменитые писатели связаны с Тульским краем, кроме Вересаева и Толстого?
Начать можно довольно бойко: Пастернак останавливался в Туле в гостинице, Есенин любил тульский парк. Еще есть Глеб Успенский, которого мало кто теперь читал и поэт Жуковский. А дальше?
Между тем, например, в феврале будет 130 лет со дня рождения писателя Константина Федина; один из романов его знаменитой трилогии – «Костер» посвящен в том числе обороне Тулы. Федин считал символичным, что победа под Москвой была завоевана в том числе в этих святых местах, в окрестностях Ясной Поляны. А потому очень тщательно собирал материал, одолевал местных самыми мелочными вопросами – ходили ли до Щекина пригородные поезда до войны и строили ли в Туле рабочие жилые кварталы.
В Туле умер один из главных поэтов страны ХХ века Борис Слуцкий, равновеликий Вознесенскому и Евтушенко. Даже если фамилия ничего вам не говорит, вы скорее всего знакомы с его творчеством. Хотя бы по строчке о физиках и лириках: «Что-то физики в почете, что-то лирики в загоне». А еще, между прочим, это Борис Слуцкий в свое время пробил до слез наши души бессмертным стихотворением, которое сам не очень ценил: «Лошади умеют плавать, / Но — не хорошо. Недалеко. / «Глория» — по-русски — значит «Слава», – / Это вам запомнится легко». Даже если вы не читали эти строки в книге, наверняка слышали песню о тонущих в океане лошадях, известной по миллиону вариантов.
Однако даже установить мемориальную доску на доме, где жил Борис Слуцкий, и где ушел из жизни, к столетию поэта, фронтовика – между прочим, оказалось проблемой. Ее нет до сих пор.
И такие примеры можно продолжать. В нескольких шагах от улицы Николая Руднева, где жил Слуцкий, улица целого Бориса Мезенцева. Многие ли навскидку могут сказать, кто это такой? В уже упоминавшемся двухтомнике «Тульского биографического словаря» о нем нет ни слова. И в дополнении к нему – «Новые имена», тоже ничего. Улица есть, а представления о человеке нет.
Между тем, улица появилась в Туле вскоре после преждевременной смерти в 1970 году. А прославился Борис Сергеевич Мезенцев как автор знаменитых московских высоток и как архитектор Ленинского комплекса в Ульяновске, который сделали к столетию первого руководителя советского государства. Родился он в Туле, но в Туле, я искал, нет даже ни одной газетной публикации о Мезенцеве. И в книжках – что-то типа «Гордости земли тульской» тоже нет.
Мы ленивы и нелюбопытны, как сказал один знаменитый поэт, который в Туле не бывал, хотя памятник ему здесь стоит.
Поэтому когда мы возмущаемся не той фотографией Легасова, наверное, надо смотреть глубже. А что мы вообще знаем о тех, кто родился или жил в Туле, чье жизненное наследство так или иначе связано с Тульским краем? Если вдруг кто-то захочет повесить памятную табличку в честь Владимира Гурьяна, сильно удивится, что его фотографии вообще в Туле нет! Только одна, малюсенькая и плохенького качества, в старой газете. Все!!! Теперь введите эти имя и фамилию в поисковике. Выскочит минимальное количество ссылок. В Википедии – буквально несколько строк. Без фотографии, и даже без даты смерти. Знак вопроса вместо нее стоит. Почти все остальные публикации переписаны из Википедии.
И – да. Наверняка большинство тех, кто читает этот текст, напряглись: что еще за Гурьян такой?
А вот такой.
Дульная, Ствольная, Арсенальная!
Улица любая Оборонная!
Многие ли в курсе, что у этих строк есть автор? Да-да, поэт Владимир Гурьян. Человек без фото, без биографии, без даты смерти. Практически бомж.
А музыку на эти стихи сочинил композитор Анатолий Новиков. Тот самый Новиков, который написал «Смуглянку», «Самовары-самопалы» и много других хороших песен.
Неужели они и многие другие не заслуживают того, чтобы мы хотя бы знали, как они выглядят на фото? Или надо дождаться, пока американцы снимут о них кино?