• Курсы валют:
      USD 62.81
      EUR 70.68
02.08.2017

Александр Лапин: Все дороги ведут… в Крым

Потому что именно здесь находятся истоки нашей культуры и духовности.

Побывал я этим летом в Крыму. Съездил на машине туда и обратно. Посмотрел. Удивился. И стал размышлять.

Что я увидел?

Когда движешься через Краснодарский край и въезжаешь в Крым — видишь разный уровень развития. На Кубани дороги гладкие, заправки аккуратные. Крыши домов новенькие. Вокруг всё распахано, засеяно. Народ зажиточный: открывает гостиницы, кафе. Как бы ни мешала власть, рыночная экономика работает.

А попадаешь в соседний регион — и сразу чувствуешь: вернулся в прежние времена. В милый совок.

Люди мне там встретились порядочные, добрые. Но Крым катастрофически отстал. Он слишком долго находился в Украине. И никакого развития не было. Хаос, который царил в стране, отразился на всём. Показательный пример: даже на территории санатория, который ещё недавно принадлежал Верховной Раде, кто-то выхватил кусок земли и воздвиг избушку. Выгородил личное подворье посреди госсобственности.

И так по всему Крыму. Нет порядка. Много брошенного строительства. Асфальт, который пару лет назад был просто разбитый, сегодня уже залатан. Но по-прежнему старенький. Причём дело даже не в деньгах: выделялось их немало, однако местные власти не смогли освоить весь объём — пришлось вернуть в федеральный бюджет. Так что сегодня этот прекрасный уголок России нуждается не только в инвестициях, но и в изменении менталитета.

Тем не менее Крым остаётся Крымом.

 

Почему Крым так важен?

Играют роль не только экономические факторы: выход к морю, торговые пути… Здесь во времени и пространстве сошлись вещи, для русских основополагающие.

В первую очередь, если оперировать мистическими образами, то Санкт-Петербург — новая столица — стал в своё время мозгом страны. Европейским и прогрессивным. Москва — это сердце. Хранительница традиций. Географически она тоже находилась в центре, и дороги стекались к ней, как артерии. А Крым — душа России. Оттуда, собственно, и пошла наша культура.

До своего крещения Владимир и его окружение были язычниками. Людьми мало цивилизованными — в фильме «Викинг» это хорошо показано. Когда я был в Херсонесе и осматривал места, где крестился сам князь, а потом и его дружина, отчётливо понимал: именно в тот момент мы вступили на новый путь. И став христианами, впитали в себя иную культуру. Она пришла вместе с религией: храмы, иконопись, письменность…

Позже Крым переходил из рук в руки. Но именно оттуда проистекает наша духовность, наш менталитет. Не случайно это место притягивало столько великих людей. Писателей, поэтов, художников. Здесь жили великие князья и цари, для которых Крым стал настоящей летней столицей. Как нынешний Сочи. Здесь строили прекрасные дворцы, парки…

И не случайно за эту землю было пролито столько крови. Ещё Софья, сестра Петра, отправляла походы на Крымское ханство. Бились за полуостров и при самом Петре, и при Екатерине. В итоге вернули. И он по праву считался бриллиантом в русской короне. Потом была Крымская война 1853 — 1856 годов. Позже Великая Оте-чественная. А между ними — исход белогвардейцев: отсюда отправлялись в эмиграцию последние защитники царской России.

И когда мы по большой глупости правителей вырезали из тела страны этот нервный узел — он стал нашей фантомной болью. Там же осталось 2,5 миллиона русских, которых пытались изолировать, превратить в «щирых украинцев». И город воинской славы Севастополь с нашими моряками. Сердце от этого щемило. А возвращение Крыма — как возвращение души.

 

Как после этого изменился народ?

С этим событием у русских проснулась забытая гордость. Патриотизм. Вернулась надежда на лучшее. И готовность самим определять свою судьбу.

Отношения народа с властью тоже стали другими. Крым дал возможность Владимиру Путину проявить себя, укрепить позиции. И в то же время он изменил большую историю. Как в китайской притче: камешек попал под колесницу — император упал — проиграли битву… В нашем случае присоединение тоже сдвинуло многие процессы. И камешек вызвал лавину.

Мгновенно спала пелена с глаз. Только наши управленцы исполнили волю народа (а другого выбора у них и не было) — мы сразу увидели, кто Россию любит, а кто нет. Как на Западе в действительности к нам относятся. По сути, мы для них люди второго сорта — недоноски.

Хотя, если уж снова вернуться к истории, Крым как раз напрямую связывает нас с Византией — наследницей Рима и европейской культурой.

Недавно я общался с греческим политологом Алексеем Элпиадисом и на многие вещи взглянул по-новому. Запад не мог стать истинным правопреемником Рима. Европейские варвары просто уничтожили ту цивилизацию. Но что они взяли оттуда? Это была империя, где все народы чувствовали себя равными. Эдикт Каракаллы 212 года предоставлял гражданство всему свободному населению. Здесь мирно существовали разные религии и соседствовали храмы разным богам. А у так называемых европейских преемников католицизм уничтожал всех инакомыслящих.

Кстати, Россия, получившая свою религию из Константинополя, является наследницей Римской империи и в смысле толерантности — настоящей, а не лицемерно насаждаемой сегодня на Западе: у нас никто никого не ущемляет по религиозному или национальному признаку.


К чему ещё привело возвращение Крыма?

После 1917 года люди у нас разделились: одни — за белых, другие — за красных. Первые уверены, что русская история закончилась с возникновением чёрной дыры — советского государства. Другие — что в лице СССР вместо гнилой царской империи была построена настоящая. Акт присоединения Крыма примирил граждан. Объединил разорванную историю, вернув ей в нашем сознании преемственность и цельность. Возродил надежды на воссоединение русских.

Путин правильно сформулировал: сегодня главная трагедия и боль — разделение нашего народа. Сам я говорю и пишу об этом уже два десятилетия. 25 миллионов моих соотечественников остались за пределами России. Мы самый разделённый народ.

И в момент присоединения Крыма всколыхнулся весь русский мир. Заговорили о том, что нужно продвигать мягкую силу. Наш язык, культуру. И это правильно. Таков тренд в большой политике. Но вспыхнувшие надежды угаснут, если мы не поставим цель. Само понятие «русский мир» достаточно аморфное. Как этот мир развивать?

Например, у китайцев есть чёткая и ясная задача — объединить свой народ. Вернуть отколовшиеся куски в сферу влияния. И они не стесняются, говорят: две системы — одна страна. Фактически присоединили капиталистический Гонконг. На очереди Тайвань. То есть этнический момент превалирует над всеми другими.

Стоящие перед нами задачи в рамках абстрактного русского мира не решишь. Да и сам он может быть разрушен. Оставшиеся за границами России люди постепенно отказываются от своей идентичности.

В начале лета ко мне приезжал друг из Киева. Общались, вспоминали молодость. Но я видел, какие изменения происходят с ним и его близкими. Их семья говорит по-русски. А внуки учатся уже в украинской школе. И язык наш не воспринимают. Да и пропаганда действует.

— Почему Россия так дорого нам газ продаёт? — предъявляет он мне претензию.

— Вы же не хотите с нами в Таможенном союзе быть, как белорусы.

— Но мы ведь братья!..

Или заявляет про Донецк: «Это не люди — ватники!» Сам — бедный пенсионер, сидящий на пособии. Но говорит с такой претензией и презрением.

Ничего против него лично я не имею — просто вижу, как их обработали. Поэтому нам нужно вернуть русских в родное лоно. Исторические процессы длятся веками. Но если ты правильно ставишь задачи, рано или поздно обстоятельства складываются в твою пользу.

Русские должны вернуться домой. Так или иначе. Может, через Евразийский союз, а может, где-то потребуется продемонстрировать силу. Как это будет — не знаю. Хочу просто обозначить направление. И тогда можно решить главную задачу — создать национальное государство. Трудно говорить об этом, когда у тебя в стране более ста народов. Но дополнительные 25 миллионов, представляющих титульную нацию, не оставили бы никаких вопросов по поводу соотношения этносов.

Так что и Украина, и Белоруссия, и Казахстан, и некоторые другие регионы, заселённые русскими, должны оставаться в зоне нашего внимания. Не призываю никого захватывать. Но взять пример с Китая стоит.

Тем более что Крым уже стал первым шагом объединения русского народа. Первым, но, надеюсь, не последним.

Александр ЛАПИН,
писатель.